Джон Джонс хочет представить свою версию событий, касающихся Тома Аспиналла.
Бывший чемпион UFC в двух весовых категориях, 37-летний Джон Джонс недавно объявил о завершении карьеры, оставив после себя невероятное наследие в октагоне, но и ряд нерешенных вопросов, включая затянувшийся конфликт с Томом Аспиналлом, который теперь останется незавершенным (по крайней мере, пока). Джонс, признанный бесспорным чемпионом UFC в тяжелом весе до ухода на пенсию, подвергся резкой критике за отказ от боя с Аспиналлом, который долгое время являлся временным чемпионом и теперь, после ухода Джонса, получил статус бесспорного чемпиона.
В пятницу Джонс опубликовал серию твитов, в которых затронул эту ситуацию и отрицал какую-либо ответственность за то, что поединок в тяжелом весе не состоялся.
«Если бы бой был согласован, поверьте, я бы дрался», — написал Джонс в удаленном позднее твите. «Начали ли мы переговоры в какой-то момент? Да, но он так и не был завершен. Моей задачей тогда было просто сидеть сложа руки и молчать об этом, и именно так я и поступил. Я наслаждался своей жизнью, что должно было быть очевидно для вас, ребята».
Следует отметить, что Джонс неоднократно публично комментировал свой конфликт с Аспиналлом, в том числе однажды оставив непристойный комментарий под постом Аспиналла в Instagram.
Позднее Джонс добавил: «Мне тысячу раз говорили просто пересмотреть решение и дать этому больше времени. Это правда».
Однако, по словам генерального директора UFC Даны Уайта, бой Джонс против Аспиналла был уже «решенным делом», но именно Джонс «передумал» и вместо этого решил уйти на пенсию. Аспиналл, со своей стороны, настаивает, что хотя он все еще был бы рад поединку с Джонсом когда-нибудь, сейчас он сосредоточен на защите титула чемпиона в тяжелом весе против любого активного претендента.
В пятницу Джонс опубликовал еще несколько твитов, защищая свое наследие и отвечая на комментарии пользователей в сети. В одном из таких твитов он заявил: «У меня на один чемпионский титул больше, чем у этих двух парней вместе взятых, и даже они сами одобрили бы мое решение повесить перчатки на гвоздь».
Глеб Рожков